Национальный позор под названием ЦДХ

Для начала я хотел бы всех пригласить сегодня на пикет «в защиту ЦДХ» ^(https://expobusiness.ru/goto/http://www.openspace.ru/news/details/8158/). Но сам я туда не пойду — из низменного снобизма и фатального нигилизма. Я понимаю, что все люди доброй воли должны единым строем выступить против этих гадких девелоперов с риелторами, которые славную нашу Москву порушили. А теперь хотят отнять последний оплот культуры, застроить все элитными квартирами и бизнес-центрами.

Тяжело на душе. Дело даже не в том, что я не очень верю в то, что мое мнение или мои действия смогут оказать хоть минимальное воздействие на естественный ход вещей. Главное, сами объекты защиты вызывают у меня лишь тоску и печаль. Центральный Дом художника — это национальный позор.

Я этот позор испытал, когда ко мне приехали зарубежные коллеги, и я их отправил в Третьяковку на Крымский Вал. Выходя из метро, они на всякий случай поинтересовались, где находится National Gallery. И добрые люди за ручку отвели их в ЦДХ. Встреча с сокровищами русского авангарда, которые остались за углом, не состоялась, зато я выслушал выдержанный в добрых традициях британского юмора рассказ об увиденных экзотических прелестях. Но мне совсем было не смешно оттого, что в самом центре столицы нашей великой страны располагается грандиозная художественная помойка.

Всякий раз, когда попадаю в это место, испытываю непереносимые эстетические страдания. И пытаюсь быстро проскочить мимо бесчисленных галереек. Там царит «художник Пупкин», от которого меня порядком подташнивает. Принимаясь за сей фельетон, специально проинспектировал состояние подзащитного объекта. Там проходил Меховой салон, и на четвертом этаже царила специфическая затхлая атмосфера, как на вещевом рынке. Этажом ниже готовился салон Антикварный. Туда я давно не хожу — количество плохого и очень плохого искусства там просто зашкаливает. На оставшихся площадях к продаже предлагали свежие картины некоего сезанниста, покрытые разноцветными пубертатными прыщами да какой-то совсем уж кривобокий соцреализм.

Но если взовут ко мне посланцы Верховного Девелопера — сколько найдется праведников в этом художественном Содоме? — то отвечу им, что отменить пролитие огненного дождя следует лишь по той причине, что там проводятся «Арт-Москва» и Non-fiction ^(https://expobusiness.ru/goto/http://www.openspace.ru/society/projects/206/details/6208/). Плюс еще очень редкие привозные или кураторские выставки. Ну еще премия Кандинского в этом году тоже проходила в ЦДХ. Но этого за весь год наберется недели на две-три.

Конечно, мне напомнят о колоссальном потоке любителей искусства, стремящихся в этот храм муз. ЖЖ-юзер humanitor ^(https://expobusiness.ru/goto/http://humanitor.livejournal.com/77883.html) в своем пылком воззвании воскликнул, что ЦДХ — «это поистине символ советской интеллигенции». И тут мне в очередной раз придется признать, что рота идет не в ногу. Потому что описанный выше казус с моими британскими друзьями, которым не удалось с первого раза увидеть сокровища русского авангарда, произошел как раз по причине активности интеллигенции на почве изобразительного искусства. Толпы страждущих ломятся в ЦДХ, а соседние залы новой Третьяковской галереи стоят пустыми. Интеллигенция не считает новую Третьяковку своим культовым местом. Можно даже сказать, что она не просто не любит, а активно ненавидит все эти «Черные квадраты» и прочие «новейшие течения». И предпочитает нечто разжиженное на развалах ЦДХ.

В этом смысле и прогрессивная наша строительница Елена Батурина тоже относится к разряду интеллигенции. Представляя на выставке недвижимости МИПИМ-2008 в Каннах восхищенной мировой общественности удивительный фрукт апельсин ^(https://expobusiness.ru/goto/http://www.openspace.ru/news/details/2628/), она ровным счетом ничего не знала ^(https://expobusiness.ru/goto/http://www.rg.ru/2008/03/21/inteko.html) о том, что в предназначенном для чудесного преображения здании находится еще и Государственная Третьяковская галерея (попечительский совет коей, кстати, возглавляет ее супруг). И полагала, что делает «художникам» интересное предложение, от которого отказаться невозможно.

Она сильно прогадала — кажется, цитрусовый проект закис отчасти и потому, что на столь лакомом куске московской земли тихо так себе существует главный национальный музей с его огромными запасниками. А их так просто не передвинешь. Можно, но нужны огромные капиталовложения.

Однако Елена Батурина не так уж сильно и виновата в таком досадном пролете: сам музей сделал очень много для того, чтобы исчезнуть из сознания культурной публики. Экспозицию искусства ХХ века в ГТГ воспринять невозможно — слишком большая и бесформенная. Выставки скучные, зато редкие. Андрея Ерофеева, который, как бы то ни было, делал проекты весьма занимательные, с треском низвергли с поста ^(https://expobusiness.ru/goto/http://www.openspace.ru/news/details/1811/) руководителя отдела новейших течений. И стенания ^(https://expobusiness.ru/goto/http://www.kommersant.ru/doc.aspx?DocsID=1095665&ThemesID=683) руководства Третьяковки о том, что мезальянс с торгашами из ЦДХ мешает процветанию народной сокровищницы, выглядят как-то необоснованно.

Тут следует сказать пару слов об архитектуре. В принципе задуманный Еленой Батуриной и блестяще исполненный Норманом Фостером «Апельсин» был бы идеей очень даже неплохой. Если бы речь шла о том, чтобы поместить туда настоящий музей современного искусства. Но он никому не нужен. Что же касается самого здания ЦДХ, то с ним что-то произошло. А может, со мною самим. В восьмидесятых я, как и большинство нормальных людей, однозначно полагал, что Сарай (так ласково именовали эту коробочку) подлежит немедленному испепелению небесным пламенем со всем его содержимым (Третьяковка тогда туда еще не въехала). Однако после всего пережитого в последние годы Сарай не то чтобы перестал быть Сараем, но приобрел в моих глазах некое благородство пропорций и конфуцианскую ясность…

Впрочем, сейчас и это уже не важно. Ситуация кардинально мутировала. Вот отличный пример: неутомимый Олег Кулик летом 2007 года делает свою большую выставку на весь ЦДХ. В этот самый момент работник Третьяковки Андрей Ерофеев попадает под запрет на профессию, ему не дают делать выставки и в конце концов изгоняют. Казалось бы, вот оно, торжество монетаризма. Частный капитал, который дал очень-очень большие деньги Кулику на его проект, гораздо более разумен, нежели тяжеловесная государственная машина, которая старается избавиться от излишне современного искусства под тем предлогом, что оно как-то там неправильно зарегистрировано в учетных книгах.

Но куда ушли эти очень большие частные деньги (а на то, чтобы оккупировать весь ЦДХ, нужны такие большие, что даже считать страшно)? (Приблизительные расценки ^(https://expobusiness.ru/goto/http://www.kommersant.ru/doc.aspx?DocsID=524187) можно узнать из интервью Василия Бычкова, но там речь идет о неделе деятельности в 2006-м «Арт-Москвы»). Наверное, Бычков, который в высшей степени благосклонно относится к современному искусству, сделал Кулику серьезные скидки. Но гендиректор компании «Экспо-парк ^(https://expobusiness.ru/goto/http://www.expopark.ru/RU/index.shtml?id=1&larguash=RU)» простой менеджер — он не является владельцем этой площадки. Доход попадает в распоряжение Международной конфедерации союзов художников. Эта довольно темная контора получила огромное наследство от Союза художников СССР. Большую часть, как говорят недоброжелатели ^(https://expobusiness.ru/goto/http://www.mk.ru/blogs/idmk/1999/03/31/mk-daily/6243/), уже распушили. А ЦДХ исправно несет золотые яйца. Председателем конфедерации до самого недавнего времени был Валентин Сидоров (в феврале он из председателя Союза художников ушел на пожизненную должность почетного председателя, но что с его должностью в конфедерации, неясно). В свое время он руководил Союзом художников РСФСР — организацией мрачной и правоконсервативной, с сильным националистическим уклоном. Там немилосердно душили все ростки и гнобили все живое. Теперь этот скромный пейзажист никого не душит, делает выставку в Третьяковке. Причем не на этом ужасном Крымском Валу, а в Лаврушинском, поближе к настоящему искусству. На деньги, полученные, в частности, от ужасного Олега Кулика…

Итак, я призываю всех присоединиться к борьбе за спасение и сохранение острова искусств. Но только придется при этом понимать, что в результате нашей победы в этой борьбе одни (Дом художника) навеки получат индульгенцию на широкое распространение псевдохудожественного мусора, другие (Третьяковская галерея) — на сладкий летаргический сон.

К тому, собственно, дело и идет. И лозунги, с которыми выступает Комитет по защите территории искусства ^(https://expobusiness.ru/goto/http://www.openspace.ru/news/details/8158/) ситуацию только усугубляют. В манифесте говорится только о том, что нужно поставить застройщиков и архитекторов и «выделить из госбюджета деньги на срочный ремонт здания». Но и руководство ГТГ, и хозяева ЦДХ ^(https://expobusiness.ru/goto/http://liberty.ru/groups/culture/O-snose-CDH) уже сдались и готовы на все, выдвигая только предложения косметического свойства. И нужно требовать всего и сразу, а не какой-то жалкой «территории искусств». Чтобы на этом месте был настоящий музей и настоящая выставочная площадка. И дело не только в том, чтобы напомнить, что «Дело чести правительства России — найти достойный способ развития национального музея, а не менять гордость нации на посулы неизвестного инвестора». Это хорошо, но мало. Но нужно требовать гораздо большего — пробудить от сна Государственную Третьяковскую галерею.

С ЦДХ все проще. Во время беседы на «Эхе Москвы» г-н Масут Фаткулин, председатель исполкома Международной конфедерации союзов художников, наивно оговорился, что эта часть здания находится в частной собственности, а у нас она, как известно, нерушима. Но это только оговорка. Г-н Фаткулин представляет общественную организацию. Ее точное название — Ассоциация общественных объединений «Международная конфедерация союзов художников» («МКСХ ^(https://expobusiness.ru/goto/http://www.confederation-art.ru/ru/index.php?p1=icau)»). И общественность имеет право требовать от общественной организации, чтобы она служила общественным интересам, а не была простой кормушкой для людей, приватизировавших советское наследство. В конце концов, нью-йоркский Музей современного искусства (МоМА) — тоже общественная организация.

Ссылка на основную публикацию
Adblock detector